В статье рассмотрены перспективные возможности и необходимые предпосылки для форми­рования благоприятного политического контекста в сфере приднестровского урегулирования.

Автор приходит к выводу, что наряду с политическими, социально-экономическими, право­выми и культурными компонентами этого процесса, важнейшую роль в преодолении негативных последствий проблемы играет внешнеполитический фактор. Его разнонаправленные векторы часто приводили к стагнации, а в некоторых случаях косвенно способствовали формированию регрессивных тенденций в диалоге между Кишиневом и Тирасполем.

В современных условиях переговорное поле приднестровского урегулирования перегружено несбалансированными политическими позициями, как его непосредственных участников, так и ведущих мировых игроков. В связи с этим, актуальной задачей является поиск и формирование оптимальных моделей диалога и новых форм взаимодействия между ними.

Необходимым условием прогресса в сфере приднестровского урегулирования является достижение всеобъемлющего политического компромисса между «Западом» и «Востоком». Его результатом могла бы стать консолидированная позиция Европейского Союза и Российской Фе­дерации выраженная при участии всех заинтересованных сторон в совместных политических и социально-экономических инициативах. В рамках этого подхода в статье представлен ряд компро­миссных линий и предложений, реализация которых могла бы способствовать решению основных проблем переговорного процесса в сфере приднестровского урегулирования.

Изложенные в статье положения обеспечены разноплановой базой источников, включая результаты социологического исследования проведенного в июне 2008 г. на территории При­днестровья под руководством В. Коробова. Ключевые положения статьи апробированы в ходе международных конференций и встреч экспертов в рамках проекта «IMPACT»  

***

Современные дискуссионные площадки приднестровского урегулирования насыщены разнообразными по форме и содержанию, зачастую ассиметричными миротворческими предложениями Эксперты Кишинева и Тирасполя ведут активный творческий поиск возможных моделей и механизмов разрешения приднестровской дилеммы нередко этот напряженный социально-политический диалог выводит «за скобки» идею достижения всеобъемлющего политического компромисса

Сложные политические, идеологические и экспертные баталии сторон, как правило, сводятся к тому, чтобы никоим образом не уступить, не поступиться пусть даже малей­шей частичкой своей позиции Эта достаточно деструктивная коммуникационная модель сегодня прочно утвердилась в сознании элит Она давлеет над общественным сознанием и весьма распространена в экспертном сообществе на базе этой модели сформировался са­модовлеющий идеологический стереотип, который сегодня в немалой степени субъектив­но определяет недостаточное стремление сторон к прогрессу в переговорном процессе

Эта ситуация также стимулируется тем, что Приднестровская Молдавская республи­ка – доселе непризнанное мировым сообществом государство – сегодня живет в сложных политических и экономических условиях Трагическое наследие вооруженного конфликта, радикализм в подходах политиков, слабая договороспособность сторон, бесконечные ма­нипуляции с нормативно-правовой базой, упорно держат противоборствующие стороны в состоянии непрекращающегося экономического, информационного и гуманитарного противостояния Эта борьба зачастую ведется вопреки интересам населения проживаю­щего на обоих берегах Днестра, мечтающего сегодня о возможности достижения реального компромисса в краткосрочной политической перспективе в противовес навязываемой «идеологии борьбы»

Лишенные прочного социально-политического фундамента, зачастую наспех собран­ные конструкции «противостояния» и «неприятия» являются ненадежными проводни­ками позитивной политической воли сегодня они безнадежно устарели и должны быть демонтированы с переговорного поля приднестровского урегулирования

Активизация политических дискуссий, последовательная информационная работа в контексте проблемы «молдо-приднестровскго компромисса» могла бы стать конструктив­ным звеном на пути выстраивания консенсусных линий в отношениях между Кишиневом и Тирасполем в этом контексте сегодня ощущается острая нехватка аналитики, теорети­ческих разработок проблемы, дефицит объективных экспертных материалов

Актуальным и важным сюжетом экспертной работы в сфере приднестровского уре­гулирования может стать разработка, выдвижение и обсуждение возможных вариантов достижения всеобъемлющего компромисса с учетом геополитических интересов всех заинтересованных участников этого процесса «Западный» и «восточный» векторы ком­промисса должны объединить свои усилия для создания комфортной политической среды в решении этого вопроса

«На Западном фронте… не… без перемен»

в 2007 году после вступления в ес румынии и Болгарии границы европейского союза практически соприкоснулись с Большим Причерноморьем и Приднестровьем, как одним из его субрегионов

2008 год ознаменовался военно-политическим противостоянием в Южной Осетии, которое всколыхнуло доселе зыбкий мир Большого Причерноморья и сублимировало конфликтную энергию для созидания новой геополитической реальности на Кавказе старые линии советских границ вновь изменили свои очертания

Современная европа вступила в новую фазу кардинальных геополитических транс­формаций Поступательное движение нАТО на восток, расширение европейской поли­тической и цивилизационной орбиты выдвинуло вопросы разработки, переосмысления и становления новой политики ес в этом регионе на новый качественный уровень

Актуализация этих тенденций постепенно превратила Черное море в один из важнейших эпицентров современной европейской политики Черноморский военно-политический вызов европе отраженный трагическим наследием конфликта в Южной Осетии, нерешенностью приднестровского вопроса обуславливает необходимость новой концептуализации подходов с учетом региональных интересов в сфере безопасности Эти проблемы должны занять одно из ведущих мест в системе европейских детерминант черноморской политики

В свое время некоторые исследователи называли этот регион «коридором Фульда», через который мировой терроризм непосредственно угрожал евроатлантической циви­лизации Оказалась эта угрозой мнимой или нет, покажет время, но конфликт в Южной Осетии наглядно продемонстрировал, что страны Большого Причерноморья не имеют надежных отработанных механизмов противодействия современным вызовам, которые несут деструктивную, а порой и разрушительную силу для международной и европейской стабильности.

В этой связи самого пристального внимания для ес заслуживает достаточно сложный и противоречивый процесс нормализации отношений между Кишиневом и Тирасполем, известный в политических кругах как «приднестровское урегулирование»

Сегодня ситуация в регионе сохраняет достаточно высокий конфликтный потен­циал Перспективы консервации этих тенденций на неопределенный период создают благоприятные условия для формирования и последующего развития группы социально-экономических и политических рисков, представляющих серьезную проблему для архи­тектуры безопасности всего региона

Нынешний уровень европейского присутствия в приднестровском урегулировании ставит перед ес ряд ответственных задач в настоящее время европа открыто не де­кларирует стремлений перейти от роли «наблюдателя» к статусу «посредника» Однако, несомненно, что ес может стать двигателем и носителем особой исторической миссии на­правленной на превращение региона в политическое пространство стабильности, безопас­ности, экономического процветания и устойчивой демократии

Путь к решению этой проблемы лежит в плоскости политического компромисса, который может состояться в ближайшей перспективе, если «Запад» и «восток» выступят в рамках единой консолидированной позиции

Сегодня же стороны продолжают ревниво следить за деятельностью друг друга, и министр иностранных дел республики Молдова Андрей стратан вынужден делать в Брюс­селе дополнительные успокоительные заявления о приверженности его страны формату «5+2» Любая сепаратная активизация российско-молдавских контактов в сфере придне­стровского урегулирования в формате 1+1 (Москва – Кишинев) вызывает настороженную реакцию Запада Переговорный контекст «5+2» здесь часто воспринимается лишь как видимая часть айсберга, как официальный фасад переговорного процесса Тезис о том, что политическая сцена приднестровского урегулирования открыта не для всех и ее главные герои предпочитают действовать в формате «1+1», оставляя другим роли второго плана, существенно снижает эффективность переговоров на этих посылах базируются выво­ды, о том, что россия хочет стать «единственным брокером сделки по приднестровскому урегулированию», что не так давно было озвучено американской газетой Te Wall Street Journal Односторонняя российская внешнеполитическая активность пока не укладыва­ется в западное видение перспектив приднестровского урегулирования «Западный» и «восточный» векторы все еще разнонаправлены, они стимулируют нарастание тенденций противостояния, что осложняет работу миротворческих институтов

Весомым политическим фактором, который мог бы способствовать укреплению мер доверия, консолидации позиций сторон могла бы стать разработка посредниками совмест­ных политических проектов Практически все предложенные в одностороннем порядке инициативы разрешения существующих проблем не выдержали испытания политикой

В сфере приднестровского урегулирования на смену теневым «планам Козака» долж­ны прийти открытые к обсуждению и доработке «политические рекомендации (условно назовем) саркози – Медведева – Ющенко»

Учитывая всю сложность ситуации, в которой оказалось Большое Причерноморье после событий в Южной Осетии, активизация политики ес в этом направлении могла бы резко снизить политические риски реализации политических проектов по нормализации отношений между Кишиневом и Тирасполем

В тоже время форма и содержание этих проектов должны неоднозначно свидетель­ствовать, что конечная цель урегулирования состоит не в том, чтобы «из мятежных при-днестровцев революционным путем сделать правоверных молдаван», а в том, чтобы содействовать социально-экономическому и политическому признанию региона, повышению стандартов жизни, его эффективному функционированию в современной системе международных отношений Эта тема, благодаря европейскому сообществу могла бы приобрести новое конструктивное звучание в многостороннем диалоге приднестровского урегулирования

Таким образом, актуальным аспектом формирования нового политического и социально-экономического пространства в регионе является необходимость преодоления негативных последствий «замороженного конфликта», а также выработки конструктивных социально-политических мер, подкрепленных авторитетом и гарантиями сторон – по­средников приднестровского урегулирования

Европейскому сообществу необходимо сосредоточить стабилизационные усилия на достижении социально-политического консенсуса, межэтнического взаимопонимания в регионе с неопределенным международно-правовым статусом Более активное вовлечение европейского союза в международные посреднические усилия в сфере приднестровского урегулирования могло бы способствовать поиску оптимальных решений, способных по­гасить локальные очаги напряженности в регионе

Европейское решение проблемы неопределенного международного статуса региона по­зволит ему преодолеть социально-политическую и экономическую маргинальность, стать дееспособным мостом в диалоге романской и славянкой культур, проявить устремление к лидерству в сфере субрегиональных транспортных коммуникаций и других сферах

В целях формирования необходимых социально-экономических предпосылок для улучшения политического климата, возможно, необходимо сосредоточить дополнитель­ные финансовые ресурсы для улучшения качества таможенной и пограничной инфра­структуры, создания оптимальных условия для скорейшего и комфортного прохождения товаров через границы с учетом европейского опыта

С декабря 2005 г на приднестровском участке украино-молдавской границы работает миссия ес в марте 2006 года республикой Молдова при содействии Украины был введен новый порядок таможенного оформления внешнеэкономической деятельности Придне­стровья сегодня многие в Украине, Молдове, Приднестровье говорят о положительных итогах этих мероприятий в частности, указывается на выход из тени значительной части местного бизнеса, отмечается, также, что усиление контроля на границе при помощи ев­ропейских институтов фактически «похоронило» миф о приднестровском регионе как о некой «черной дыре» в сердце европы, через которую якобы идут потоки контрабанды, караваны с оружием и наркотиками

Все деструктивные политические сюжеты, негативно влиявшие на характер отношений между сторонами, сняты с повестки дня Этот весомый вклад ес в решение одного из са­мых напряженных политических сюжетов в отношениях между сторонами до настоящего времени по достоинству не оценен впереди еще огромная аналитическая и информацион­ная работа, которая должна быть нацелена на преодоление вселяющих взаимное недоверие «политических спазмов» переговорного процесса

С учетом изложенного сегодня можно констатировать, что в контексте таможенного аспекта приднестровского урегулирования благодаря активности ес сформировалась новая ситуация, которая является серьезной предпосылкой для успешного разрешения всего комплекса проблемных вопросов

Первостепенным фактором, способным в дальнейшем положительно влиять на раз­витие двустороннего политического диалога может стать активность европейских инсти­туций в рамках следующих направлений:

1. Отработка совместных усилий в направлении постепенной легализации процес­са перемещения товаров и услуг, уменьшения теневой составляющей торгово-экономических отношений в приднестровском приграничье.

В данном плане, в целях минимизации политических рисков возможной стагнации переговорного процесса по приднестровскому урегулированию, представляется целесоо­бразным к проведению переговоров и консультаций по всему спектру проблем подклю­чить также приднестровскую сторону, что будет способствовать выработке возможных компромиссных вариантов

2. Отработка и введение мер по усилению таможенного режима в приднестровском приграничье путем внедрения инноваций для более эффективного контроля над това-ропотоками (в том числе и модернизации существующих систем электронного контроля над транзитными грузами).

3. Активизация работы экспертного сообщества в направлении поддержки эффек­тивного экспертного диалога.

Вместе с тем, при осуществлении подобного рода мероприятий необходимо учитывать чрезвычайную политизированность данной проблемы решение вопросов должно носить комплексный характер, с учетом мнений и позиций участников переговорного процесса Такой подход позволил бы существенно минимизировать возможные негативные поли­тические риски

Конечной и главной целью такого сотрудничества должна стать трансформация при­днестровского пограничья в функционирующую по европейским стандартам зону ста­бильности

Сегодня ситуация складывающаяся в европейском политическом, социально-эконо­мическом, культурном и информационном пространстве по истине уникальна Третье тысячелетие даровало европе континентальный мир, где нет ни прямой конфронтации, ни враждебных друг другу военно-политических блоков европейские страны объединены общими демократическими ценностями и движимы едиными политическими целями ев­ропейский союз стал мощным самостоятельным «полюсом» и основной движущей силой в фор ми ровании новой многополярной системы международных отношений сложившиеся историко-политические предпосылки свидетельствуют, что роль европы в решении во­просов черноморской региональной безопасности будет неуклонно возрастать

Европа призвана стать генератором всеобъемлющей стратегической стабильности, инициатором новых неординарных политических решений и политических инициатив в сфере приднестровского урегулирования возможно, европа первой и должна сделать решающий политический шаг навстречу «востоку», шаг к достижению всеобъемлющего политического компромисса

«Восток. дело… движется, и не движется»

Одним из ведущих факторов, который в немалой степени определяет перспективы приднестровского урегулирования, является позиция Москвы Характерным аспектом со­временной внешнеполитической активности РФ является очередная «волна» активизации молдо-российского диалога Интересам россии отвечает разрешение приднестровского вопроса в рамках сохранения территориальной целостности РМ современные тенденции развития российско-молдавских внешнеэкономических отношений свидетельствуют о формировании сторонами специфических условий режима максимального содействия активизации экономических связей Одним из ключевых аспектов российской политики в этом направлении является обеспечение условий вхождения предприятий Приднестровья в экономическое и правовое поле Молдовы Этот фактор рассматривается как необходимое условие сближения позиций Кишинёва и Тирасполя с целью достижения сторонами конфликта политического компромисса

Россия фактически поддерживает молдавскую политику экономической интеграции приднестровских предприятий в экономику рМ Правительством рФ сняты почти все запреты и ограничения на ввоз молдавской продукции Фактически приднестровским предприятиям предлагается осуществлять экспорт продукции в рФ с соблюдением тре­бований молдавского законодательства таможенного оформления грузов

На современном этапе Москва надеется форсировать процесс подписания сторонами нового Плана в сфере приднестровского урегулирования, который должен обеспечить российские геополитические интересы в регионе в этом контексте россия старается продемонстрировать мировому сообществу конструктивную роль «приднестровского регулировщика» нивелируя негативные последствия военно-политического конфликта на Кавказе

Российская дипломатия, как и пять лет назад, в период бурной осенней деятельности Дмитрия Козака пытается форсировать переговорный процесс или, по крайней мере, продемонстрировать его наличие, стараясь усадить стороны за стол переговоров Как и в 2003 г, планируются совместные трехсторонние встречи, предварительно обсуждаются всевозможные предложения, идет согласование позиций, средства массовой информации активно транслируют разнообразные политические сюжеты, накаляя общественную ат­мосферу грядущими перспективами решения проблемы

Длительная общая стагнация переговорного процесса в сфере приднестровского уре­гулирования на фоне событий в Южной Осетии негативно сказывается на миротворческом имидже рФ, что во многом и объясняет такую активность

вместе с тем, реализация усилий рФ, планирование нового приднестровского посред­нического блицкрига сопряжено со многими трудностями Тирасполь, ранее неоднократно отягощаемый мерами политического и экономического давления, отказывается верить в возможность достижения полноценного политического компромисса

Руководство Приднестровья может согласиться с реальным федеративным устрой­ством будущего государства, но категорически отвергает предлагаемую ему автономию в соответствии с законом принятым Молдовой в 2005 г Формальные шаги сторон на встречу друг другу, редкие встречи лидеров элит, сопровождаемые контрпродуктивной риторикой и неприемлемыми документами, ярко демонстрируют вынужденный, навязанный извне характер этого диалога Подобный вариант принуждения сторон к согласию и миру в сфере приднестровского урегулирования уже длительное время безуспешно бьется в по­иске необходимого компромисса

Предлагаемый россией вариант урегулирования предполагает реализацию давниш­него сценария получившего в политических кругах тенденциозное имя – «План Коза-ка-2» в этой связи Кишинев серьезно рассчитывает на поддержку рФ Молдова может претендовать на показательный миротворческий процесс в цивилизованном соответ­ствующем «демократическим нормам» духе Такой процесс, который мог бы стать яркой альтернативой кавказским событиям, сняв все вопросы в европе по поводу специфики российских методов урегулирования конфликтов Дополнительным фактором в пользу подобного развития событий является отсутствие у россии достаточных геополитиче­ских ресурсов для признания Приднестровья и удержания его в орбите своего влияния У рФ нет общей границы с Приднестровьем, поэтому политический вариант решения проблемы аналогичный Южно-осетинскому и Абхазскому исключается содержание российских политических инициатив предполагает решение приднестровского вопроса путем ассиметричной федерализации республики Молдова сейчас рФ активно работает над информационным процессом формирования позитивных подвижек в отношениях между сторонами Программа – минимум предполагает демонстрацию эффективного по­литического диалога между Кишиневом и Тирасполем, который должен был состояться до начала работы декабрьского саммита нАТО

Вторым политическим псевдоускорителем процесса приднестровского урегулирова­ния является очередная молдавская избирательная кампания, формат которой неизбежно востребует актуальные политические сюжеты переговорного процесса несомненно, руко­водство Молдовы будет использовать приднестровскую тему для улучшения собственных электоральных показателей, что в целом не исключает попыток провести «приднестров­ский блицкриг урегулирования» в ближайшем будущем Эта политическая подоплека будет стимулировать взаимодействие Кишинева и Москвы в ближайшей перспективе

С другой стороны, не исключается, что тема «Козака-2» может ограничиться сугубо информационным сюжетом необходимым лишь для внешнего поддержания формата переговорного процесса, демонстрации доброй воли сторон к налаживанию диалога и сотрудничества Этот подход отражает принцип «отложенного решения», которым с 2003 г реально руководствуются стороны за столом переговоров

Симметричным ответом на проявления российской внешнеполитической активности стала негативная реакция некоторых участников и посредников переговорного процесса, которые пытаются сегодня оказывать посильное политическое противодействие россий­ским миротворческим планам Парадоксальными политическими союзниками в этой не­однозначной дипломатической дуэли стали европейский союз, сША и Приднестровье

Запад, в первую очередь сША по политическим соображениям, совершенно не были заинтересованы в том, чтобы россия к декабрьскому (2008 г ) саммиту нАТО появилась в европейском сообществе «в тоге приднестровского миротворца» Это стимулирует по­литическую активность сША на дипломатическом поприще к сдерживанию российских миротворческих инициатив Последние будут трактоваться как неприемлемая для демо­кратических стран «тайная дипломатия», игнорирование международных норм в крайнем случае, можно предположить «дежавю – Козак 1 (2003 г )»: политическое давление на рМ и «бурю народного гнева» на центральной площади Кишинева

Добровольно – принудительные мероприятия Москвы по активации сторон к диалогу вызывают пассивное сопротивление Тирасполя, который в настоящее время в указанном политическом контексте проводит настоящую «итальянскую забастовку» в частности приднестровская сторона предпринимает всесторонние усилия для дезорганизации пере­говоров между Кишиневом и Тирасполем на высоком уровне следует признать, что про­водится это весьма успешно в результате предпринятых усилий удалось спровоцировать несколько контрпродуктивных информационных сюжетов, которые ставят под сомнение дальнейшую эффективность диалога

Своеобразным «яблоком раздора» в отношениях между россией и Западом является проблема сохранения военного присутствия рФ в Приднестровье Характерным аспектом указанной ситуации было постоянное акцентирование Молдовой внимания междуна­родного сообщества, на ответственности рФ за невыполнение условий стамбульских до­говоренностей о выводе российских войск с территории региона

С другой стороны российская сторона обеспокоена постоянным стремлением Мол­довы к интернационализации миротворческого процесса, к замене военных наблюда­телей гражданскими в последнее время рМ все более тяготится российским военным присутствием в регионе Этот вопрос сегодня все еще является своеобразной «болевой точкой» приднестровского урегулирования Он обязательно должен быть решен путем компромисса.

Вместе с тем, следует отметить, что характер дипломатических усилий Москвы в сфере приднестровского урегулирования, возможно, все же свидетельствует о том, что россия окончательно не определилась касательно формулы разрешения конфликта Политика рФ будет определяться в зависимости от результатов усилий в вопросе международного признания независимости Южной Осетии и Абхазии Активизация политики рФ в сфере приднестровского урегулирования, возможно, свидетельствует лишь о текущей полити­ческой задаче – играть доминирующую роль в формате 5+2 Также, следует признать, что стратегической целью Москвы, возможно, является не урегулирование приднестровского конфликта, а закрепление военно-политического нейтралитета рМ в этой связи, будущая объединенная Молдова рассматривается как один из факторов безопасности с учетом геополитических интересов россии

Таким образом, становится очевидным, что формат 1+1 уже не может стать эффек­тивным механизмом решения проблемы сегодня ему оказывают противодействие силы, которые находятся на диаметрально-противоположных политических позициях в от­личие от ситуации на Кавказе, политические риски эскалации социально-политической ситуации в Приднестровье маловероятны россия с учетом сложившейся ситуации не станет открывать на Днестре «второй фронт признания» в этом контексте открываются возможности для расширенного политического диалога с участием всех заинтересованных сторон для выработки взаимоприемлемой формулы приднестровского урегулирования

Кишинев-Тирасполь, тернистый путь политического диалога: современное состояние проблемы

Переговорный процесс по нормализации отношений между Кишиневом и Тирасполем был начат задолго до эскалации военной фазы конфликта и не является его прямым след­ствием стороны прошли долгий путь политического диалога, но их позиции по-прежнему далеки от взаимопонимания Более всего пустот и пауз в переговорном процессе образо­валось в последние семь лет в этот же период в отличие от «спокойных» 90-х обсуждались наиболее амбициозные политические проекты решения приднестровского вопроса в 2002 г на рассмотрение сторон был предложен План ОБсе, в 2003 г «План Козака», в 2005 «План Ющенко» и молдавская инициатива в виде Закона о статусе населенных пунктов Левобережья Днестра Практически с 2006 г и по сей день в регионе с волнением ожидают появления «Козака-2»

Волны политических инициатив приднестровского урегулирования захлестывают Приднестровье, однако следует признать, что в целом они так и не принесли желанных результатов Перспективы разрешения конфликта выглядят неопределенно, «воз при­днестровского урегулирования» отягощенный конфликтным наследием находится прак­тически там же, где его оставили много лет тому назад

Достижению политического компромисса сегодня мешают контрпродуктивные аспек­ты двусторонних отношений, которые активно транслируются в социально-политическом пространстве

Следует признать, что общество, как правило, наиболее эффективно консолидируется вокруг негативистских идеологем (в частности, таких как «антиконтрабанда» «антитер­роризм», «антикоррупция») в этой связи политические элиты, в том числе и имеющие отношение к приднестровскому урегулированию направляют развитие PR-технологий прежде всего в русло, так называемого «черного пиара» Приоритеты информационных ориентиров направлены на негативистские идеи, формирование негативного имиджа той, или иной личности, группы лиц или определенной проблемы и т д с их последующей трансполяцией на все государство в целом Эта практика существенно мешает развитию нормальных отношений, приводит к дисгармонии двустороннего диалога, принятию неадекватных политических решений сегодня, приднестровское урегулирование на­стоятельно нуждается в политическом сбросе накопленного за истекшие годы негативного политического и информационного багажа

Одно из ведущих мест в ряду подобных нелицеприятных сюжетов занимает синдром «непризнанности» Термин «непризнанное государство», который мы встречаем на стра­ницах прессы в авторитетных экспертных изданиях, является, своего рода визитной кар­точкой, а точнее преамбулой к наименованию Приднестровской Молдавской республики Этот термин несет в себе довольно мощный деструктивный идеологический заряд следует признать, что его действие негативно отражается на имидже республики, как во внутрен­ней, так и во внешнеполитической сфере Термин «непризнанное государство» активно используется оппонентами Приднестровья для усиления разнообразных деструктивных идеологических сюжетов Фактор «непризнанности», которым ловко манипулируют оппо­ненты Приднестровья, превратился в своеобразную «психологическую дубинку», которая больно ранит общественное сознание, служит оправданием для создания неравноправных условий диалога, в том числе и в сфере переговорного процесса Активное использование этого понятия с другой стороны приводит к постоянному откату Тирасполя к идеологии «осажденной крепости», формированию устойчивых образов врага

Актуальной задачей экспертного сообщества должна стать активная дискуссия, на­правленная на преодоление негативных политических смыслов и терминов в частности в качестве альтернативой термину «непризнанное государство» могут стать такие понятия как: государство «де факто», или государственное образование с альтерным суверените­том

Вместе с тем, следует отметить, что вопрос «признания» является общей проблемой, как для Молдовы, так и для Приднестровья на сегодняшний день ни Молдова, ни При­днестровье не обладают всеобъемлющим «признанием» в широком смысле этого поня­тия Молдова, признанное «де-юре» международным сообществом «де-факто» является государством с ограниченным внутренним суверенитетом Этот внутренний суверенитет «не признается», не распространяется на значительную часть ее территории в Придне­стровье мы наблюдаем обратную картину регион обладает всей полнотой признанного внутреннего суверенитета, однако не имеет достаточных возможностей для реализации внешнего “синдром непризнанности” сказывается и на состоянии внешних границ ре­спублики Западная граница республики Молдова до настоящего времени не подкреплена должным нормативно-правовым обеспечением, значительная часть восточного участка также полностью не обустроена

В этой связи, преодоление «синдрома непризнанности», введение предложенных выше терминов в политический лексикон политического диалога и переговорного процесса при поддержке западного сообщества существенно бы сузило конфликтное поле двусторонних политических взаимоотношений

Также, следует отметить, что восприятие приднестровской тематики на сегодняшний день отягощено огромным количеством мифологических сюжетов «Приднестровский во­прос» занимает одно из ведущих мест в ряду модных конфликтогенных сюжетов, однако его зачастую искаженное звучание создает неадекватный положению вещей негативный информационный и политический фон

Активное участие в приднестровском урегулировании принимают неправительствен­ные организации заинтересованных сторон роль институтов гражданского общества сегодня является реальным фактором способным эффективно содействовать разрешению конфликта неправительственные организации Молдовы-Приднестровья, Европейского союза, России, Украины и Румынии на сегодняшний день накопили значительный багаж проектов, инициатив и перспективных предложений некоторые из них, как, например, известная стратегия 3-х «Д», предложенная неправительственной организацией, молдав­ским Институтом публичной политики, длительное время являлась одним из флагманов политики молдавского руководства в рамках приднестровского урегулирования Заслу­живает внимания «Трехсторонний план решения приднестровского вопроса», разрабо­танный в 2006 году молдо-украино-румынской экспертной группой, в которую вошли институт евроатлантического сотрудничества (Украина); Институт публичной политики, Ассоциация демократии участия (рМ); центр по предотвращению и раннему предупре­ждению конфликтов (румыния) Джарылгацкая инициатива, принятая в 2006 году в ходе совместной работы представителей гражданского общества Украины (центр исследований Южно-украинского пограничья; центр исследований проблем гражданского общества) и Молдовы (центр исследований CAPTES), как и некоторые другие проекты тоже оказывали значительное влияние на ход развития событий

Вместе с тем, в деятельности третьего сектора Молдовы и Украины отмечается ряд серьезных недостатков, первое место среди которых занимает политическая и идеологи­ческая пристрастность авторов тем или иным мировоззренческим установкам

Следует отметить также чрезмерное увлечение третьего сектора построением гло­бальных абстрактных конструкций, всевозможных планов урегулирования, стремлением продублировать деятельность органов государственной власти, когда желательнее было бы сосредоточить внимание на более конкретных вопросах, связанных с насущными про­блемами жителей региона

В целом, характерными аспектами ситуации, которые негативно сказались на развитии переговорного процесса в сфере приднестровского урегулирования, являлись:

ƒ     разногласия в позициях Кишинева и Тирасполя касательно статуса Приднестро­вья, попытки сторон воздействовать на посредников и гарантов приднестровского урегулирования в обход переговорного процесса в целях получения определенных политических дивидендов, вопреки логике политического компромисса;
ƒ     постоянная апелляция Кишинева к геополитическим центрам силы, международ­ным инстанциям в целях получения поддержки в процессе налаживания отноше­ний с Тирасполем при осуществлении разнообразных мер давления, дипломати­ческих демаршей, информационных акций в контексте идеологических штампов «непризнанности», «черной дыры» и т д;
ƒ     выделение Тирасполем вопроса о гарантиях внешнеэкономической деятельности, паритетном диалоге в качестве основного условия и необходимой политической предпосылки к разблокированию и возобновлению переговоров;
ƒ     контрпродуктивная риторика элит сторон, предопределяющая их слабую способ­ность к согласию;
ƒ     отсутствие практики межпарламентских обменов, реальных механизмов взаи­модействия между высшими законодательными, муниципальными органами сторон;
ƒ     неоднократные попытки некоторых участников приднестровского урегулирова­ния перейти к замкнутой схеме (1+1+ 0; или диалог «тройки», Москва-Кишинев-Тирасполь) взаимодействия в сфере урегулирования;
ƒ     идеологическая и социально-политическая разрозненность общественных объе­динений Кишинева и Тирасполя; ƒ     отсутствие эффективного диалога и взаимодействия между силовыми структу­рами Кишинева и Тирасполя.